Предыдущая книга воспоминаний Мессинга «Я — телепат Сталина» стала бестселлером и бьет рекорды продаж. Но даже самые искренние мемуары не имеют такой ценности, как дневник, — ведь они пишутся через много лет после событий, когда подробности уже стерлись из памяти, а что-то мемуарист невольно приукрашивает, замалчивает или искажает в угоду своим изменившимся взглядам.
Дневник куда честнее, поскольку не подвержен коррозии времени. В своем личном дневнике, наедине с собой, Вольф Мессинг мог быть так откровенен, как невозможно ни в каких мемуарах. На этих страницах он мог задавать себе самые исповедальные, самые пугающие вопросы:
Что такое мой дар — благословение или проклятие? Откуда мои сверхспособности — от Всевышнего или от Лукавого? Как мне жить с этим бременем нечеловеческой ответственности? Кто я — лжепророк без Отечества или подлинный Мессия?
Дневник куда честнее, поскольку не подвержен коррозии времени. В своем личном дневнике, наедине с собой, Вольф Мессинг мог быть так откровенен, как невозможно ни в каких мемуарах. На этих страницах он мог задавать себе самые исповедальные, самые пугающие вопросы:
Что такое мой дар — благословение или проклятие? Откуда мои сверхспособности — от Всевышнего или от Лукавого? Как мне жить с этим бременем нечеловеческой ответственности? Кто я — лжепророк без Отечества или подлинный Мессия?
а чтото мемуарист невольно приукрашивает
самые пугающие вопросыЧто такое мой дар — благословение или проклятие? Откуда мои сверхспособности — от Всевышнего или от Лукавого? Как мне жить с этим бременем нечеловеческой ответственности? Кто я — лжепророк без Отечества или подлинный Мессия?
Отзывов пока нет.
