Ранее не издававшиеся тексты Андрея Битова о Пушкине и его творчестве.
Сам Битов не раз признавал, что никогда не был пушкинистом-литературоведом и не хотел им быть, сторонясь всего официального и официозного. Но сама судьба соединила его с Пушкиным. В этой книге — размышления о Болдинских осенях Поэта как о неких рубежах творчества. О том, что должна была бы быть Болдинская осень 1836 года, но ее не было! А еще — сквозь размышления о Пушкине проглядывает размышление о собственной биографии: родословная от древнего черкесского рода, увлечение альпинизмом в юности, диссидентство, подступы к своему самому большому роману «Пушкинский Дом»...
Андрей Битов был и остается одним из самых удивительных авторов нашего времени даже после смерти. А издание «В ожидании осени» несомненно украсит его памятную дату в мае, когда Андрею Георгиевичу должно было бы исполниться 84 года.
Сам Битов не раз признавал, что никогда не был пушкинистом-литературоведом и не хотел им быть, сторонясь всего официального и официозного. Но сама судьба соединила его с Пушкиным. В этой книге — размышления о Болдинских осенях Поэта как о неких рубежах творчества. О том, что должна была бы быть Болдинская осень 1836 года, но ее не было! А еще — сквозь размышления о Пушкине проглядывает размышление о собственной биографии: родословная от древнего черкесского рода, увлечение альпинизмом в юности, диссидентство, подступы к своему самому большому роману «Пушкинский Дом»...
Андрей Битов был и остается одним из самых удивительных авторов нашего времени даже после смерти. А издание «В ожидании осени» несомненно украсит его памятную дату в мае, когда Андрею Георгиевичу должно было бы исполниться 84 года.
что никогда не был пушкинистомлитературоведом и не хотел им быть
что должна была бы быть Болдинская осень ода1836 г
но ее не было! А еще — сквозь размышления о Пушкине проглядывает размышление о собственной биографииродословная от древнего черкесского рода
когда Андрею Георгиевичу должно было бы исполниться ода.84 г
Отзывов пока нет.
